Редакция газеты "Олюторский вестник"
Новости Олюторского района, объявления, газеты

Прикосновение к профессии шахтера

Просмотров: 1153Автор: Администратор
Рубрика: ЗемлякиМетки:
Прикосновение к профессии шахтера

В последнее воскресенье августа ещё в Советском Союзе отмечался День шахтёра. Этот праздник перешёл и в Российское государство, и шахтёры всей страны отмечают его, как и прежде, достигнутыми достижениями. Для них в этот день – поздравления, приветствия, награды, концерты. В нашем районе работники Корфского угольного разреза, которому в этом году исполнилось бы 75 лет, тоже отмечали свой День шахтёра, постоянно достигая победы в добыче угля. Но труд шахтёра нашего, Олюторского месторождения, ни в какое сравнение не идёт с тем, где шахтёры трудятся глубоко под землёй. Сейчас в районе, наверно, уже и не сыщешь людей, которые этот праздник будут отмечать как свой, профессиональный, а недавно я узнала, что моя соседка Александра Фёдоровна Суслова тоже прикоснулась к этой профессии.

suslova2.jpg

Шура Крымова родилась в очень многодетной семье: вместе с ней было пять сестёр и два брата. Жили они в Оренбургской области, родители работали в колхозе, а это значит – работа от зари до зари, когда весной отцу Фёдору Крымову нужно было сеять рожь, пшеницу, ячмень, садить картофель, капусту, а осенью всё это скосить, собрать и обмолотить, выкопать, просушить и сбуртовать, чтобы большую часть сдать государству, а что останется – разделить на трудодни: такая система оплаты труда существовала в колхозах долгие годы. Началась война, и Фёдора призвали на фронт, когда у него уже были дочки Нина и Шура. В 1943 году он комиссован по состоянию здоровья, вернулся к семье, к той работе, к которой привык, так как был из крестьянской семьи. Его жена Татьяна работала птичницей. И оба трудились практически без выходных.

Жили очень бедно, не хватало средств на питание, на одежду и обувь. Сама Шура вспоминает: «В школу со старшей сестрой Ниной ходили в разные смены и в одних валенках или сапогах. Обычно встречались посредине пути от дома до школы, переобувались – Нина давала мне валенки, а сама бежала домой в той разбитой обувке, в которой навстречу ей я шла сама. Потому и окончила только семилетку в 16 лет, а в школу в те годы шли с девяти лет».

В Таджикистане жила сестра отца, жизнь там была посытнее, и всем семейством Фёдор и Татьяна Крымовы двинулись туда. Нина уже работала, и Шура в неполные 16 лет сразу пошла работать учеником штукатура – надо было помогать материально родителям, чтобы поднимать остальных пятерых детей. Сдав экзамен на 1 разряд штукатура, Шура, однако, не продолжила эту трудоёмкую работу, когда воду, глину, песок и цемент нужно было таскать вручную, а ей, худенькой девчушке (в чём только душа держалась!) это явно было не по силам, и в 17 лет она перешла на шахту, куда её уговорила идти соседка-таджичка, очень пробивная женщина: член партии, она имела авторитет не только среди начальства, но и мать Шуры упросила, чтобы девушка перешла на шахту к ней в бригаду. Так Шура стала шахтёром, но должность называлась «породоотборщица». Это значит, что нужно было с конвейера, по которому сплошным потоком шёл уголь, отбрасывать породу в специальные бункеры. К наполнившимся бункерам подходил электровоз, утаскивал заполненные ёмкости, которые затем шли «на гора», с помощью лебёдки бункеры поднимались высоко на насыпную гору (террикон), опрокидывались. Если кто-то хоть раз бывал в местах добычи угля или просто проезжал мимо, видел эти терриконовые горы: ровные склоны, островерхие пики. В последние годы их стали озеленять, а раньше это были просто искусственно-насыпные горы - чёрные, мрачные, какие-то неживые. Шура была самой молодой в бригаде, незамужней, и поэтому ей доставались в основном вторые и третьи (ночные) смены, а в первую смену работали всё больше женщины с маленькими детьми или с грудничками. Многие матери после двух месяцев после рождения ребёнка вновь шли на работу. Так и здесь было. Единственное преимущество кормящей матери – её рабочий день сокращался на один час. А Шуре, ставшей уже браковщицей угля, приходилось «ходить» на шахту, т.е. спускаться в лаву с аккумуляторным фонариком на каске, раз в месяц отбирать уголь на пробу – нужно было лабораторным путём определять зольность. После смены фонарики сдавались для подзарядки, на следующий день их снова брали с собой. Одно было плохо в этих фонариках: если окислялись аккумуляторы, и начинала вытекать кислота, доставалось не только одежде, но и коже, на которой от прорвавшейся и вытекшей жидкости моментально образовывались болезненные ожоги. В шахте, вспоминает Александра Фёдоровна, было просто страшно: всё гудит, всё трещит.

Приходилось ей от шахты и на уборке хлопка работать, и наравне с другими хлопкоробами, имеющими огромный опыт в уборке этого важного для страны ценного сырья, выполнять ежедневные нормы, т.е. как в те годы было, - это обязательные соревнования: «за себя, за друзей, за того парня!», а показатели вывешивались тоже ежедневно, и тут уж было стыдно отставать. Попробуй собрать его под палящим солнцем! Вроде бы уже и фартук, в который собирали все женщины мягкую «вату», уже полнёхонек, а начнут взвешивать – оказываются какие-то сотни граммов. И так ежедневно, под палящим солнцем, с великолепными косами, заплетёнными и уложенными корзиночкой, в платке, из-под которого непрерывно стекали капельки солёного пота, с бутылочкой воды, которая мгновенно согревалась, она работала и работала, чтобы не подвести начальника, который её сюда направил, а самое главное, чтобы не было стыдно ей самой перед подругами, которые работали с ней.

Шура вспоминает, как на танцы бегали после второй смены, когда работу успевала сделать, сдать документы (когда уже была бригадиром, ей пришлось заниматься оформлением документации по отгрузке угля), помыться под душем, ваксой до блеска начистить кирзовые сапоги, в рабочей брезентовой куртке и таких же широких штанах, заправленных в сапоги, она успевала на последний танец, на любимый вальс, которым заканчивались все танцы.

До 1957 года многие женщины работали машинистами подъёмников глубоко под землёй, и в том году всех женщин вывели на поверхность, тем не менее, труд женщин, девушек на шахте всегда считался одним из важных. Шура проработала на шахте №1\5 «Таджикуголь» с 6 сентября 1957 г. по 25 октября 1964 г., и было ей всего 24 года, когда она была вынуждена уволиться – нужно было везти на Камчатку племянника, сына сестры Нины, а без Шуры, сказал ей племянник Коля, он никуда не поедет, и после этого времени вся её дальнейшая жизнь связана с Камчаткой. Здесь она вышла замуж, первую дочь поехала рожать в ставший родным Таджикистан. В субботу накануне Дня шахтёров все работники угольного предприятия шли в парк, где им предстояло побывать на торжественной части (доклад, вручение премий и наград, концерт), а Шура в это время шла в противоположную сторону – в роддом. На следующий день, в воскресенье, в парке было массовое гулянье в честь Дня шахтёра, а Шура (уже Суслова) родила здоровую девочку. И она очень завидовала тем, кто праздновал свой профессиональный праздник, в котором и она хотела сама поучаствовать.

И теперь ежегодно она отмечает два праздника – День шахтёра, где проработала семь лет, а другой – День сельскохозяйственного работника, который связан с её работой на сельхозферме колхоза Горького (в Тиличиках) птичницей, затем старшей птичницей.

Пусть День шахтёра сейчас не празднуют в нашем районе, но хочется от души поздравить всех тех, кто когда-то был причастен к труду на угольных предприятиях, пожелать здоровья и удачи!

Ж. Северенко

На фото из личного архива

А.Ф. Сусловой:

Шура Крымова (слева) с членами бригады.

Комментариев: 1

Мария Алексеевна1
2013-08-25 в 05:15:48

очень интересно узнавать о людях района, а ещё интереснее -видеть их фото, когды "мы были молодыми". с Александрой Фёдоровной мне пришлось общаться почти полвека - очень интересный человек! помнит свою молодость, помнит, как приехала на Камчатку, с кем работала, с кем переживала горе и радовалась вместе. "стариков" всё меньше и меньше, и нужно успеть рассказать "о людях хороших, о снежных порошах, о солнечных днях, о весенних ветрах, о старых и новых друзьях". помните, так пел Марк Бернес! так держать, журналисты! вы - супер!

Оставьте комментарий!

grin LOL cheese smile wink smirk rolleyes confused surprised big surprise tongue laugh tongue rolleye tongue wink raspberry blank stare long face ohh grrr gulp oh oh downer red face sick shut eye hmmm mad angry zipper kiss shock cool smile cool smirk cool grin cool hmm cool mad cool cheese vampire snake excaim question

Комментарий будет опубликован после проверки

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Loginza

(обязательно)